Возмутиться можно было бы, например, тем, что Дмитрию Медведеву, несомненно, известно, что около 60% жителей России выступают именно за возвращение к выборам губернаторов и лишь около 20% поддерживают тот порядок их назначения, который нравится лично ему. И где же тут, собственно, «демократические убеждения» Дмитрия Медведева, заявляющего, несмотря на это, что губернаторских выборов не будет в ближайшие сто лет? В чем тут демократия? Дмитрию Медведеву следовало бы наоборот сказать: «В соответствии с моими антидемократическими воззрениями я не допущу выборности губернаторов, несмотря на то, что население России хочет этого».
Впрочем, если мы рассмотрим «демократические убеждения» Дмитрия Медведева в их целостности, то эта неувязка будет выглядеть мелкой придиркой.
Именно Дмитрий Медведев, руководствуясь своими демократическими убеждениями, внес в Конституцию РФ поправку об увеличении президентского срока с четырех до шести лет. Надо отметить, что большие президентские сроки встречаются в некоторых развитых странах, но лишь в тех, где парламент имеет широкие полномочия или вообще играет главенствующую роль. Так, например, в хрестоматийной Франции именно парламент избирает и снимает премьер-министра, а потому периодически президент вынужден сосуществовать с представляющим оппозиционную партию премьером. Встречаются шестилетние сроки и в некоторых латиноамериканских странах, но там длина срока компенсирована жестким запретом на повторное избрание. Столь длительные сроки полномочий в суперпрезидентских странах, каковые прописал носитель «демократических убеждений» российской Конституции, характерны преимущественно для разного рода хунт и диктаторских режимов, когда они по тем или иным причинам стремятся придать своему правлению формальную легитимность и создать видимость демократической процедуры.
Вполне проявил свои «демократические убеждения» Дмитрий Медведев и в поправках к закону о Конституционном суде. До того председатель суда избирался совершенно недемократически — самими судьями. Наивные творцы прежней версии закона считали, что демократичность процедуры заключается в том, чтобы обеспечить максимальную независимость суда от тех институтов, деятельность которых он должен контролировать на предмет соответствия Конституции. Но надобность в этих ухищрениях, разумеется, отпадает, если у нас есть президент с «демократическими убеждениями». Кому как не ему и выбирать, кто будет председателем суда. Это ли не подлинная демократия? Зачем капризничать?
Впрочем, процесс демократизации в России и на этом не остановился. Уже совсем какого-то папуасского размаха достиг он в новейшем законопроекте, согласно которому ректоров Московского и Петербургского университетов будет назначать… Ну разумеется — тоже президент. Который с демократическими, слава богу, убеждениями.
Становится постепенно понятной мысль Дмитрия Медведева, когда он пишет, что становление развитой демократии в России — дело будущего. Ведь неохваченными пока демократической процедурой президентского назначения остаются еще мэры, лидеры партий, руководство «Аптеки № 1», Общества собаководов и других неправительственных организаций. Более того, в целях построения инновационной экономики следовало бы, конечно, передать президенту право назначать и руководителей крупных промышленных предприятий. Потому что хорошо известно, что Дмитрий Медведев — большой любитель инноваций. Да и начальников узловых железнодорожных станций следовало бы, конечно, тоже утверждать лично, подчеркивая этим наше внимание к инфраструктуре, неразвитость которой все еще остается, к сожалению, препятствием на пути динамичного развития России.
Нет, надо отдать должное остроумию и прозорливости Владимира Путина, выбравшего себе в преемники человека именно демократических убеждений. Назначь, к примеру, он преемником какого-нибудь солдафона, душителя прекрасного и врага свобод, нам всем, пожалуй, показалось бы в том, что он будет назначать и губернаторов, и судей, и ректоров, и главу аптекарского приказа, нечто по существу своему антидемократическое, нечто даже похожее на диктатуру. Мы даже могли бы, пожалуй, усомниться, выбран ли он сам вполне демократично и, в сущности, законно ль правит нами?
Но совсем другое дело, согласитесь, если губернаторов и судей, ректоров и прозекторов назначает человек демократических убеждений. Здесь воздух «оттепели» и перемен так и шибает в ноздри. Кружит нелепую голову. Здесь можно радоваться приближению свободы, так сказать, не выходя из строя. И оттачивая искусство маршировки, тянуть носок, с отрадой думая, что все это когда-нибудь пригодится в вальсе.
