На днях со мной случилась встреча выпускников. Школьных. Целых десять лет прошло. Училась я в маленьком военном городе в недалеком Подмосковье. Согласно традициям почти все мальчики после школы пошли в военные училища, а девочки — замуж. Раскидало нас несильно — значительная часть осела на местности, другая — перебралась в столицу. Единицы освоили географию — Питер, Курск, Штаты. Радиус небольшой, то и дело докатывалось эхо — кто женился, родил, уехал и т.д. Меня заранее предупредили, что я буду говорить речь: “Тебе по работе положено”. Потому я отпросилась с работы и поехала навстречу неизвестности.
Встреча выпускников — вообще странное мероприятие. Я не знаю ни одного человека, который идет на эту встречу без содрогания и внутренней дрожи. Потому что, по сути, ты идешь встречаться вовсе не с одноклассниками и учителями, а с самим собой — тем нелепым, длинноногим мальчиком с прыщами или толстой девочкой с косой, портфелем и опять же прыщами. Татьяна Толстая, кажется, говорила: будь ты хоть олигархом, но, придя в школу, все равно все вспомнят, как тебя макали головой в унитаз. И хотя со мной таких крайностей не происходило, тем не менее волнение наблюдалось.
Когда мы учились, это была обыкновенная средняя школы, теперь — гимназия, лучшая в районе, с регалиями, кубками и ремонтом. Впрочем, замки в туалете хранят традиции и сломаны. Из нашей параллели (какое забытое слово!) пришли человек тридцать. Все чуть смущающиеся, расширившие горизонты и размеры костюмов, но пока еще узнаваемые. И учителя (зрение все равно подкладывало картинки десятилетней давности, где меньше морщин и седин). А потом был безудержный информационный поток — начальники отделов, руководители производств, кандидат наук, специалисты по персоналам и кормящие матери, архитекторы и врачи. И немного слез и трогательных воспоминаний.
—Вы все такие успешные и состоявшиеся, — говорила классная руководительница.
— Не все, — вставил Вовка, с которым я сидела на истории и он был в меня влюблен. — Вот она официально не замужем, — это он про меня. В этот момент я поняла, что ничего не изменилось. И что сейчас, как десять лет назад, я тресну его линейкой по башке и меня выгонят из класса с “парой” по поведению, но с чувством глубокого морального удовлетворения!
А потом мы пошли в ресторан. И мы прощали наших учителей, а они нами гордились. А потом собрали оставшуюся водку и пошли на стадион, как тогда, десять лет назад, после выпускного. И пили, и ржали, а некоторые и вовсе целовались. А потом наутро созванивались и сплетничали — ничего ведь не меняется по сути. Как там было у Воннегута — времени не существует, есть только фиолетовое сияние.
На самом деле это я к чему. Поддавшись ностальгическим настроениям, я зарегистрировалась на сайте “Одноклассники.ру”. Сервису чуть больше года (официальным стартом считается 5 марта 2006 года), и уже два миллиона пользователей. Ноу-хау, впрочем, не российское — раньше возникли FriendsReunited.co.uk в Англии (15 млн пользователей) и самая масштабная на сегодняшний день — classmates.com (40 млн с 1995 года) в Штатах. Однако специалисты и психологи отмечают тенденцию: если на Западе такие сервисы платные и те, кто ищет одноклассников, прежде всего пытаются извлечь выгоду из старых связей, то в России это пока что глобальный социальный проект. Поиск не ради выгоды, а ради радости. На сайте лежит история, как благодаря “Одноклассники.ру” москвичка Лена встретила свою школьную любовь через 22 года и все у них стало хорошо. Возможно, и так. Все, что связано с прошлым, часто напрашивается на легенду. И в любом случае тянет на историю. Свою собственную. Потому каждый день люди заходят на “Одноклассники.ру” — ищут свидетелей собственной истории.
А на самом деле я хотела сказать, что в одном из ближайших номеров “Новой” выйдет материал о сайте “Одноклассники.ру”. А встреча выпускников — это даже интересно. Через десять лет еще схожу.
